Идея единой армии Европейского союза зашла в тупик на фоне политических амбиций.
Об этом в комментарии АПА заявил член комитета Милли Меджлиса по международным отношениям и межпарламентским связям, доктор политических наук Ризван Набиев.
Депутат отметил, что после окончания холодной войны одним из самых обсуждаемых вопросов, связанных с будущим европейской системы безопасности, стало создание Европейским союзом собственного независимого оборонного механизма и единой армии: «Хотя эта идея в разные периоды вновь выносилась на повестку дня, за более чем тридцать прошедших лет мы видим, что в этом направлении реальных результатов достигнуто не было. Главная причина этого заключается не в нехватке финансов или ограниченности технических возможностей. Основная проблема — отсутствие единой концепции безопасности и стратегического видения между ведущими государствами Европейского союза. Несмотря на то что Европейский союз добился важных успехов в экономической интеграции, в вопросах безопасности и обороны национальные интересы по-прежнему преобладают над общими интересами. Геополитические события последних лет, особенно российско-украинская война, рост напряжённости на Ближнем Востоке, энергетическая безопасность и гибридные угрозы, изменили отношение Европы к вопросам безопасности, однако фундаментальные противоречия на пути реализации идеи единой армии не устранены».
Разные подходы Франции и Германии стали главным препятствием
По словам Ризвана Набиева, основные разногласия в оборонной политике Европейского союза существуют между Францией и Германией, и именно эти противоречия ставят под вопрос будущее проекта: «Франция уже много лет стремится стать главным политическим лидером Европейского союза в сфере безопасности. Париж считает, что Европа должна быть менее зависимой от США и сформировать собственный военный потенциал. Однако Франция хочет реализовать это в большей степени в рамках собственного геополитического видения и стратегических интересов. В предлагаемой Францией модели европейская армия рассматривается не только как инструмент защиты европейского континента, но и как средство защиты её глобальных интересов. У Франции на протяжении многих лет сохраняются политические, экономические и военные интересы в Африке, особенно в бывших колониях. Париж намерен сохранить возможности влияния в этих регионах. Такой подход отчётливо ощущается и в отношении концепции европейской армии. Иными словами, Франция хочет продолжать своё глобальное военное присутствие за счёт общих ресурсов Европейского союза».
Германия отдаёт приоритет континентальной обороне
Ризван Набиев отметил, что подход Германии полностью отличается: «Германия считает, что система безопасности Европейского союза должна в первую очередь служить защите европейского континента. Для Берлина главным приоритетом является континентальная безопасность. Германия не считает целесообразным направлять европейские ресурсы на военные операции в других регионах или на защиту интересов Франции в её бывших колониях. Такая позиция Германии, считающейся экономическим локомотивом Европейского союза, создаёт серьёзные разногласия с Францией, и в результате сформировать общую оборонную концепцию не удаётся. Это не просто тактическое расхождение во мнениях. Речь идёт о совершенно разных стратегических взглядах на будущую модель безопасности Европы».
Недовольство Великобритании также не было случайным
Депутат напомнил, что претензии Франции на лидерство внутри Европы и раньше вызывали серьёзное недовольство: «В своё время одной из важных причин проблем, возникших в отношениях Великобритании с Европейским союзом, были попытки Франции направлять интеграционные процессы в русло своих политических взглядов. Лондон с осторожностью относился к постепенному превращению Европейского союза в централизованную политическую и военную структуру. И сегодня подобные подходы внутри Европы полностью не исчезли. Многие государства считают, что под названием единой армии фактически могут реализовываться политические интересы некоторых крупных государств».
Ризван Набиев отметил, что в вопросе создания европейской армии важную роль играют и экономические интересы: «Франция хочет укрепить доминирующие позиции своей военной промышленности на европейском оборонном рынке. В частности, она стремится к тому, чтобы европейские страны широко закупали истребители Rafale французского производства и другие системы вооружения. Такой подход неоднозначно воспринимается другими европейскими государствами. В Европейском союзе есть и другие страны, производящие оружие по более приемлемой цене и высокого качества. Они не соглашаются с формированием оборонного рынка исключительно в рамках интересов одной страны. А это затрудняет выработку общей политики в сфере оборонной промышленности».
Провал совместного проекта истребителя является показателем проблем
По мнению депутата, фактическая остановка крупного проекта между Францией и Германией, предусматривающего разработку боевого самолёта будущего, также является реальным результатом этих разногласий:
«Сотрудничество по разработке боевого самолёта нового поколения, считающееся одним из крупнейших оборонных проектов Европы, уже длительное время сталкивается с серьёзными проблемами. Здесь проявляется столкновение не столько технических вопросов, сколько промышленных, финансовых и политических интересов. Это показывает, что идея создания общей армии не так проста, как выглядит на бумаге. Если два ведущих европейских государства не могут разработать единую военную платформу, то создание полноценной европейской армии будет ещё более сложным процессом».
Геополитические амбиции Макрона усложняют процесс
Ризван Набиев заявил, что значительная часть идей, выдвигаемых президентом Франции Эммануэлем Макроном относительно будущего Европы, направлена на сохранение статуса Франции как великой державы:
«Макрон говорит о стратегической автономии Европы. Однако значительная часть этих инициатив совпадает с расширением международного влияния Франции. Это вызывает определённую обеспокоенность у других государств-членов. Пока внутри Европейского союза продолжается конкуренция за лидерство, перспективы реализации идеи единой армии выглядят слабыми. В нынешних условиях большая часть европейских государств по-прежнему видит гарантии безопасности в рамках НАТО. Многие европейские страны не могут прийти к полному согласию и по вопросу увеличения оборонных расходов. Большинство членов НАТО на протяжении многих лет даже не выполняли в полной мере обязательства, взятые перед альянсом. В такой ситуации параллельное создание совершенно новой военной структуры выглядит крайне сложным как с финансовой, так и с политической точки зрения. Сегодня НАТО продолжает оставаться главным гарантом европейской безопасности».
Противоречия ставят Европу в более уязвимое положение
Ризван Набиев заявил, что продолжающиеся разногласия внутри Европейского союза негативно влияют и на геополитические возможности организации в целом: «Сегодня Европейский союз с экономической точки зрения является одним из самых сильных объединений в мире. Однако говорить о такой же силе в сфере безопасности невозможно. На фоне военных, кибернетических и других гибридных угроз извне медленная работа механизмов принятия единых решений ограничивает оперативную реакцию Союза. Многоступенчатость процедур принятия решений в ЕС не позволяет гибко реагировать на международные кризисы. Иногда Европейский союз использует достаточно жёсткую политическую риторику в отношениях с соседями. Однако геополитическая реальность показывает, что возможности влияния политических заявлений, не подкреплённых военной силой, ограничены. В современной системе международных отношений наряду с экономической мощью важны и надёжные механизмы безопасности».
Депутат считает, что Европейский союз прежде всего должен обеспечить единство стратегического видения внутри себя и создать баланс между национальными интересами государств-членов и общими интересами безопасности: «В противном случае идея единой европейской армии в ближайшей перспективе в большей степени останется на уровне политических заявлений. Европейская безопасность же продолжит в основном опираться на возможности НАТО. Существующая геополитическая реальность показывает, что общая безопасность может быть обеспечена только при наличии политической воли, взаимного доверия и общих стратегических целей. Без формирования этих элементов создать единую армию невозможно».
Следите за нами в Telegram
t.me/apanewsrus
Следите за нами в Instagram
Следите за нами в TikTok
Следите за нами в Facebook
Следите за нами в X
