Политика

Главная страница

Политика

НЕОПРЕДЕЛЕННОСТЬ В ВОПРОСЕ ПОСТАВОК РОССИЙСКОГО КОМПЛЕКСА С-300 В ИРАН МОЖЕТ ОБОСТРИТЬ ОБСТАНОВКУ НА БЛИЖНЕМ ВОСТОКЕ - АНАЛИТИКА

НЕОПРЕДЕЛЕННОСТЬ В ВОПРОСЕ ПОСТАВОК РОССИЙСКОГО КОМПЛЕКСА С-300 В ИРАН МОЖЕТ ОБОСТРИТЬ ОБСТАНОВКУ НА БЛИЖНЕМ ВОСТОКЕ - <font color=red>АНАЛИТИКА</font>

27 августа 2009 12:37 (UTC +04:00)

Президент Израиля Шимон Перес находился 18 августа в черноморском Сочи в рамках своего первого визита в Россию в качестве главы государства. Он встретился со своим российским коллегой Дмитрием Медведевым. Его визит имел одну цель - получить поддержку России в продолжающейся ссоре Израиля с Ираном. Неспособность Москвы надавить на Тегеран, чтобы тот остановил свою противоречивую ядерную программу или прекратил поддержку боевиков на Среднем Востоке, крайне расстраивало Тель-Авив в прошлом. Президент Перес ясно дал это понять, заявив прямолинейно, что «у нас нет сомнений в искренности российских намерений продвигать мир на Среднем Востоке. И это совершенно отличается от прошлого опыта».

Отношения России с Израилем были всегда довольно сложными. С одной стороны их связывают культурные и исторические связи. Израиль имеет огромную русскоязычную диаспору, и признает свою обязанность перед СССР за победу над нацистской Германией. Москва также чувствует инстинктивное родство с Израилем, частично как продукт российского имперского наследия в качестве защитника Святой земли.

Но имеется противоречивое наследие, менее благоприятное. Антисемитизм в России имеет длинную историю, и укрепился одновременно с развитием крайне правых националистических движений. Что более важно, во время Холодной войны Москва и Тель-Авив находились по разные стороны баррикад. Россия обучала и экипировала сирийскую и египетскую армии в их войнах против Израиля. Она также предоставила обширную скрытую поддержку Организации освобождения Палестины, которая была воспринята как социалистический союзник и антиимпериалистическое движение.

Со времен окончания Холодной войны Кремль проводил более сбалансированную политику, и участвует в дипломатическом Квартете который работает над разрешением израильско-палестинского конфликта. Но он продолжает поддержку союзников времен холодной войны и, предоставляя военную помощь Ирану, способствует экипировке арабских повстанческих движений. Во время своего визита президент Перес высказал это прямо, заявляя что «У Израиля есть ясные доказательства того, что российское вооружение попадает в руки террористических организаций, особенно такие, как Хамас и Хезболла, получая их от Ирана и Сирии».

Это неприкрытое недовольство явно поддерживает прошлые заявления Израиля. В 2006 году Тель-Авив указал на то, что современное российское противотанковое вооружение, предоставленное Сирии и Ирану, было использовано Хезболлой в вооруженных столкновениях с Израилем (New York Times, 7 августа 2006). Россия отвергла это обвинение, а аналитики высказали мнение, что распространенность вооружения российского производства (и копий российского вооружения) в развивающихся странах делает определение источника поставки вооружения очень трудным делом.

Но не всегда определение источника поставок оружия является сомнительным. Одним из самых спорных решений России за последние годы стал для Израиля контракт по продаже Ирану современных систем противовоздушной обороны. Договор о продаже систем С-300 Тегерану на 800 миллионов долларов был подписан в 2007 году, но до сих пор Россия отказалась от поставки вооружения (Daily Telegraph, 30 августа 2008). И хотя мнения наблюдателей разделены, считается, что системы С-300 существенно увеличат трудности для любых воздушных ударов США или Израиля по иранским скрытым ядерным объектам. Некоторые аналитики назвали это систему ПВО как действительно в корне «меняющая правила игры» в случае воздушной операции (Washington Institute, 13 марта).

Причина задержки поставок С-300 не была открыто объявлена, но многие полагают, что Москва использует угрозу поставок в качестве рычага давления в ее продолжающемся геополитическом противостоянии с Вашингтоном. И этот момент ставит Россию в какой-то мере в затруднительное положение перед Израилем - поставки С-300 направлены против США, но в случае чего системы будут использованы против Израиля. С точки зрения Кремля политические дивиденды от раздражения Вашингтона будут перевешены дипломатической ценой, в случае если израильские самолеты будут сбиты российскими ракетами. В отличие от противотанкового вооружения используемого Хезболлой, поставки С-300 трудно скрыть, и будет невозможно отрицать прямую роль России.

Ситуация довольно неудобная для Кремля: сильно желая поддержать хорошие отношения с Израилем, он тем не менее не собирается портить установленные связи с Ираном, отказываясь от контракта, и стремится сохранить этот козырь в руках в отношениях с Вашингтоном. Этим и объясняется деликатность встречи президентов Медведева и Переса, в то время как влиятельная газета Нью-Йорк Таймс процитировала одно российское официальное лицо что «не было никаких дискуссий на уровне президентов о каких-либо контрактных обязательствах российских госструктур по поставкам вооружений Ирану» (NY Times, 19 августа). Это и объясняет, почему именно президент Перес, а не его российский коллега, объявил что Москва «пересмотрит» данный вопрос.

Несмотря на эти события, контракт наврядли будет официально расторгнут. Россия тормозила поставки С-300 в течение двух лет, и совершенно спокойно может это делать еще какой-то срок, в то время как, прилагает минимум усилий, необходимых для успокоения Израиля. И независимо от того, как разрешится вопрос с поставками С-300, продажи других российских вооружений и техники Ирану будут продолжаться. Заместитель директора российской компании «Рособоронэкспорт» заявил 19 августа, что Москва несомненно «рассмотрит» поставку военных самолетов Тегерану, если тот выйдет с соответствующим предложением (AFP, 19 августа).

Раздражение, которое провоцирует подобные сделки в Вашингтоне и Тель-Авиве, в конечном счете, бессильно. Не существует никаких правовых ограничений по продаже обычных вооружений Тегерану, а односторонние санкции, которые США объявила против числа российских компаний (включительно Рособоронэкспорта) по причине их торговли с Ираном, не являются эффективными.

В любом случае, всеобщее внимание к российскому намерению продать С-300 играет на руку Кремлю, так как поднимает предполагаемую важность этого контракта. Правда в том, что и другие страны были обвинены в продаже систем С-300 Тегерану, в особенности Беларусь и Хорватия (Jane’s, 17 января 2008; Коммерсант, 10 сентября 2008). А на фоне этого, закрытые переговоры проводились между Ираном и Китаем по возможным продажам ракет земля-воздух системы HQ-9, частично базирующейся на технологии С-300 (Press TV, 9 мая).

И если Тель-Авив получит доказательства, что любые из этих систем ПВО могут стать операционными в Иране, то сроки воздушного удара по Ирану могут резко быть сокращены. Израиль захочет ударить до того, как современная система ПВО сделает ядерные объекты Ирана почти неприступными. И Россия, возможно, не единственная проблема. Возможно, президент Перес должен запланировать свой следующий визит в Пекин.